Государственная Дума РФ озаботилась криптовалютой



2 июня в Госдуме прошла конференция «Электронная валюта в свете современных правовых и экономических вызовов», которая вызвала огромный интерес в кругах, занимающихся технологией блокчейн. Криптовалюты обсуждались в парламенте впервые.

Событие не анонсировалось в СМИ, что породило в Интернете массу слухов о «закрытом заседании Госдумы по криптовалютам». Тем не менее желающие о намечающемся событии узнали, зал был полон, а список докладов в розданной участникам программе настолько длинным, что сразу стало понятно, что выступить успеет едва ли треть из заявленных докладчиков.

Сегодняшнее мероприятие можно с полным основанием назвать беспрецедентным. Оно посвящено вопросу, ставшему краеугольным камнем в дискуссиях о финансовой безопасности государства, — заявил выступавший первым заместитель председателя комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Андрей Луговой.


По его словам, внесение Минфином законопроекта об установлении уголовной ответственности за оборот денежных суррогатов стало своеобразным спусковым механизмом, заставившим ученых и практиков открыто и взвешенно рассуждать о правовом статусе и будущем криптовалют. И Россия в настоящее время поставлена перед выбором: по какому пути идти — разрешительному или запретительному.


Криптовалюта на данном этапе своего развития сравнима с Интернетом в 1990-х. Сложно представить, каким бы был мир сейчас, если бы на заре своего существования Всемирная сеть была бы запрещена под предлогом потенциальной опасности распространения запрещенной информации, — отметил Андрей Луговой.


В марте в Госдуме была создана межведомственная рабочая группа по оценке риска оборота криптовалюты. Перед ней была поставлена задача — определить, нужна ли России криптовалюта, и если нужна — в какой степени ее легализовать? О работе группы рассказала ее руководитель Элина Сидоренко.

Сейчас криптовалюта находится в правовом вакууме. Она никак не регулируется, в том числе не запрещена. Группе нужно было понять, в чем сущность криптовалюты, в чем ее достоинства и риски, можно ли ее считать денежным суррогатом, нужно ли ее запретить или разрешить, а если легализовать — то как.

В чем экономическая и предметная сущность криптовалюты?

Рассматривая этот вопрос, группа пришла к выводу, что в разных странах отсутствует единый подход к пониманию того, в чем предметная сущность криптовалют. «Очень сложно регулировать то, что не подпадает под тот или иной нормативный трафарет. Прежде чем что-то запретить, мы должны понять, что разрешить. Отделить позитив от негатива», — сказала Элина Сидоренко.

Было выделено четыре подхода к определению сущности криптовалюты.

Первый подход: криптовалюта — денежное средство. Приравнивание криптовалюты к денежным средствам основано на решении суда Евросоюза по иску Дэвид Хесквиста о применении к нему директивы ЕС об НДС, согласно которой операции по переводу валюты не облагаются НДС. Суд подтвердил, что криптовалюта приравнивается к платежному средству. Мнение, что криптовалюта — деньги, легла в первоначальную позицию ЦБ РФ, а также ряда правоохранительных ведомств и прокуратуры. С этой точки зрения вполне обосновано желание власти максимально запретить вторую валюту помимо признанной в России национальной валюты. «Если мы признаём криптовалюту валютой, то для этого необходимо внести соответствующие изменения в Конституцию РФ, в закон о Центробанке и массу других документов, чтобы мы могли реализовать этот сложнейший механизм легализации валюты», — отметила Элина Сидоренко.

Вторая модель основывается на том, что криптовалюта в ряде стран рассматривается как универсальный финансовый платежный инструмент. Эта позиция легла в 2012 г. в основу решения Федерального управления финансового надзора Германии, которое признало криптовалюты финансовым инструментом. «Нам легче ввести криптовалюту с этих позиций, а потом уже смотреть, в каком направлении двигаться», — добавила Элина Сидоренко.

Третье направление основано на признании криптовалюты средством накопления. 

Если мы посмотрим на проект закона, внесенный Минфином, то там между строчек читается одна важная идея: денежный суррогат наказуем только тогда, когда он является средством сбыта или направлен на обмен. Но ничего не говорится о хранении. Фактически мы можем поставить себя в ситуацию, когда криптовалюта в России станет средством хранения. На сегодняшний день законодательством подобная модель не запрещена, — пояснила Элина Сидоренко.


Четвертое направление, рассматриваемое рабочей группой, — определение криптовалюты как товара. Эта позиция легла в основу законодательства США. Комиссия по торговле товарами и фьючерсами США подтвердила в 2015 г., что криптовалюта признается биржевым товаром (коммодити) и сопряженные с криптовалютой операции на бирже находятся под надзором комиссии и признаются легальными.

Если использовать этот подход в России, то нужно внести существенные изменения в биржевое законодательство. А учитывая, что биржа никогда не любила и вряд ли полюбит жесткий контроль за своей работой, то здесь полицейские и запретительные меры себя не оправдают, — отметила Элина Сидоренко.


Если суммировать вышесказанное, то в случае, если криптовалюта признаётся деньгами — нужно вносить изменения в правила эмиссии. Если она коммодити — необходимы изменения законодательства в биржевой торговле. Если это платежный инструмент, придется вносить изменения в закон о платежной системе.

Оценка рисков

Какие риски несет в себе оборот криптовалюты? И как эти риски соотносятся с ее преимуществами? Группа исследовала схемы преступников, которые применяют криптовалюты. Первая — доходы от кибератак обмениваются на биржах, а потом переводятся на офшорные счета. Вторая — криптовалюты, полученные в результате незаконной сетевой торговли, обмениваются на товарных биржах, переводятся на карты, деньги с которых обналичиваются в банкоматах. Третья модель (mixing service) заключается в том, что используется кошелек, в который незнакомые друг другу люди закладывают деньги в криптовалюте, а потом эти деньги по частям возвращаются отправителям. При этом очень сложно установить связь между злоумышленниками. И связь между отправителем и получателем криптовалюты разрывается.

Таким образом, группа выявила всего три модели. «А сколько моделей для вывода фиатных денег сейчас имеется, чтобы осуществлять легализацию преступных доходов и финансирование терроризма? Мы до сих пор не можем посчитать то количество схем, которые сегодня реализуется. С этой проблемой борются давно, в том числе и Росфинмониторинг», — отметила руководитель межведомственной рабочей группы.

Кроме того, она сообщила, что на настоящий момент группа не выявила устойчивой связи между отмыванием денег, наркотиками и торговлей оружием и использованием криптовалют.

Можно ли назвать криптовалюты денежным суррогатом?

Что понимать под денежным суррогатом? Министерство финансов, подготовив глобальный по своим масштабам законопроект, так и не ответило на этот вопрос. Есть существенные различия в понимании денежного суррогата Минфином и финансистами, — сказала Элина Сидоренко. — Да и в финансовом праве термин „денежный суррогат“ используется не только в негативном контексте. Достаточно вспомнить иностранную валюту, которая является легальным денежным суррогатом по отношению к рублю.


Говоря о санкциях за нарушение закона, она отметила, что предлагаемые меры наказания являются избыточными. Так, за незаконную банковскую деятельность можно получить до четырех лет лишения свободы, а за денежные суррогаты — до семи. Причем в случае банковской деятельности речь идет только об особо крупных нарушениях, а объем оборота денежных суррогатов никак не оговаривается, так что срок в принципе можно получить за любую сумму. Как в популярной в Сети карикатуре — за покупку булочки за биткоин.

Три стратегии легализации криптовалюты

Насколько целесообразно запрещать криптовалюту, а если легализовать — то какая стратегия видится в настоящий момент наиболее приемлемой? «Эти вопросы пожалуй главные из тех, что стоят перед рабочей группой. В ближайшее время будет заседание с представителями ключевых министерств и ведомств», — сказала Элина Сидоренко.

Первая стратегия — самая удобная и легкая в реализации. Это приравнивание криптовалюты к платежному инструменту. Плюс возможна осторожная адаптация криптовалюты к условиям отечественной финансовой инфраструктуры. При этом сохраняются преимущества блокчейн как платформы, на которой работает криптовалюта. 

Всем известно: чтобы публичная блокчейн, значимость которой уже не вызывает вопросов, работала, необходимо, чтобы она не был завалена микротранзакциями. Для этого необходимо использование криптовалюты, — пояснила докладчик.

Следующий плюс — возможность создания национальной криптовалюты, которая бы позволила исключить манипулирование эмиссией. Эта модель тоже могла бы открыть простор для развития блокчейн. Минусы этой модели в том, что она в значительной мере дискредитирует идею децентрализованной валюты, свободной от государства и госрегулирования.

Вторая стратегия — легализация криптовалюты с установлением зон особого контроля и финансового мониторинга. Первая зона — идентификация пользователей, майнеров, магазинов, обменных пунктов. Вторая — биржи, которые будут заниматься обменом и которые должны будут иметь лицензию, выданную Центральным Банком РФ. Третья зона — обналичивание криптовалюты. Здесь должен быть жесткий контроль Центробанка и в полной мере должны использоваться рекомендации ФАТФ. Четвертая зона — майнинг. Здесь необходимо предоставлять доступ к транзакциям для надзорных органов, лицензировать деятельности по майнингу, аккредитовать контролирующие организаций.
В этой связи очень интересна позиция наших английских коллег, которые сейчас предложили первый прототип госрегулируемых криптовалют — RSCoin. Там процесс возглавляет Центробанк. Однако наряду с ним существуют коммерческие банки, называемые «чеканщиками», которые в отличие от майнеров определяются Центральным банком и получают от него лицензии. Модель включает Центробанк, чеканщиков и пользователей. В случае успеха она может быть применена и в России.

Третья стратегия использовалась США 20 лет назад при регулировании набирающего обороты Интернета, она является самой амбициозной и неоднозначной. Там бизнес сам регулировал Интернет, а государство занималось тем, что фиксировало важные моменты в этом регулировании и устанавливало отдельные запреты. 

В России в настоящее время эта модель недостаточно приемлема, — завершила свое выступление Элина Сидоренко.


Нужна ли России криптовалюта?

Рабочая вневедомственная группа не ответила на основной вопрос — нужна ли вообще криптовалюта России? По этому поводу развернулись жаркие дебаты. Мнения были диаметрально противоположными. Выступивший из зала преподаватель одного из вузов заявил, что криптовалюта России не нужна, она нужна только преступникам и мошенникам, надувающим финансовые пузыри. Представитель криптосоциалистов заявил, что криптовалюты — это будущее мира. Он цитировал криптоанархистов и развивал их идеи, считая, что криптовалюты позволят создать новый справедливый социальный строй.

Наиболее последовательным противником криптовалют выступает Следственный комитет. Его представитель Георгий Смирнов изложил свои доводы, о которых мы уже писали, и выступил в поддержку законопроекта Министерства финансов, сказав, что не считает предложенные сроки наказания чрезмерными ввиду большой опасности явления для общества. Причем главными доводами были макроэкономические — использование криптовалют приведет к инфляции в стране.

Ему возразила Марина Абрамова, завкафедрой Финансового университета при Правительстве Российской Федерации: 

Опасения по поводу того, что развитие электронной валюты приведет нас к неконтролируемой инфляции, не очень обоснованны. Центральный Банк в качестве подсчета денежной массы учитывает только определенные активы. Когда он считает денежную массу М2, он не может учитывать электронные деньги и криптовалюты.


Доводы сторонников криптовалюты наиболее четко и последовательно были изложены Алексеем Архиповым, директором по криптотехнологиям группы компаний QIWI. По его словам, использование криптовалют экономически выгодно, потому что значительно снижает издержки, связанные с обеспечением информационной безопасности. При этом он сказал и о проблемах расчетов в криптовалютах, связанных с плохой масштабируемостью и низкой скоростью работы распределенных реестров.

Криптовалюта и физические лица

Наибольший резонанс в обществе вызвали разделы законопроекта Минфина об уголовной ответственности за использование денежных суррогатов физическими лицами. Такая практика существует только в трех странах мира — Боливии, Эквадоре и Бангладеш.

Как выяснилось, Следственный комитет, поддерживая законопроект Минфина, имеет собственную точку зрения на использование криптовалюты физическими лицами.

Я ни в коем случае не говорил, что надо запрещать криптовалюты. Нужно определиться с юридической сущностью. Я предостерег от приравнивания криптовалюты к понятию валюты. Китай напрямую запретил и ввел уголовную ответственность за использование криптовалют в финансовом секторе. А граждане пусть играются между собой. Главное — не подводить данное понятие под валюту, — сказал Георгий Смирнов.


При этом он напомнил, что криптовалюта ничем не обеспечена, кроме затрат электроэнергии на ее производство.

А доллар чем-то обеспечен? Мы наблюдаем, как этот мыльный пузырь постоянно раздувается. Причем доллар не является государственной валютой США. Какой-то частный клуб получил право эмитировать эту ничем не обеспеченную бумажную валюту и неплохо себя чувствует. С юридической точки зрения я не вижу здесь отличия от биткоина, — резюмировал профессор МГТУ им. Баумана Виталий Вехов.


Позиция Центробанка

Полагаем возможным разработать для экосистемы электронных валют определение цифровых бирж и участников, правил для физических и юридических лиц в области приобретения и учета цифровых валют, правил налогообложения с использованием цифровых активов, область регуляторных режимов для различных участников с точки зрения идентификации и защиты пользователя, противодействия неправомерным действиям, информационной безопасности финансовой среды, — заявил Вадим Калтухов, директор департамента финансовых технологий, проектов и организационных процессов ЦБ РФ.


Он приветствовал инициативу Государственной Думы по проработке законодательной базы данного вопроса и отметил, что в законодательстве развитых стран негосударственные цифровые валюты на основе открытых распределенных реестров явно дрейфуют в сторону финансовых инструментов.

Были дискуссии по поводу национальной виртуальной валюты. На текущий момент в России нет планов по выпуску виртуальной валюты, — подвел итог появившимся в СМИ сообщениям о планах создания национальной криптовалюты представитель ЦБ РФ.


Криптовалюта и импортозамещение

Интересен подход к криптовалютам с точки зрения импортозамещения. На заседании приводился пример СССР, где признали нецелесообразным развивать пластиковые карты, а в итоге на нашем рынке сейчас доминируют Visa и Mastercard. Аналогичная ситуация может сложиться с технологиями блокчейн и криптовалютами.

Особенно актуальным этот вопрос может стать в условиях санкций. Неудивительно, что технологиями распределенного реестра интересуются органы государственной власти. На конференции прозвучал доклад о работах по запуску системы на технологии блокчейн для Росреестра в тестовом режиме в Крыму, где очень остро стоит вопрос перерегистрации имущества.

У некоторых участников конференции вызвало опасение использование наиболее популярных сейчас платформ Bitcoin и Etherium, которые хоть и являются Open Source, но на развитие которых, в том числе и в вопросах эмиссии, Россия влияния не имеет. Обсуждался визит Виталика Бутерина в Москву и планы создания Фонда поддержки разработчиков на платформе Ethereum в Сколкове. Кто стоит за Виталиком Бутериным? Не получится ли, что один частный фонд — ФРС США, выпускающий денежный суррогат — доллар США, сменит другая частная организация, выпускающая какого-либо типа криптовалюту, которая займет положение доллара как мировой резервной валюты? Причем Россия опять не будет иметь никакого влияния на ее работу.

Высказывались даже предложения создания своей криптовалюты в рамках Евразийского союза или стран БРИКС, чтобы перехватить инициативу и занять лидирующие позиции в мире финансов. Говорилось также о необходимости поддержки российских разработчиков технологий распределенных реестров и создания отечественных платформ.

Общее впечатление

Конечно, конференция не выработала конкретных рекомендаций и стратегий и даже не ответила на главный вопрос — нужны ли криптовалюты России?

В то же время она смогла отразить существующий интерес к проблеме, показать возможные пути решения стоящих задач, была живой, интересной и, безусловно, полезной. Особо хотелось бы обратить внимание на выступление представителя ЦБ РФ, в котором криптовалюта рассматривалась как финансовый инструмент и изучались возможности ее регулирования. Существенное изменение в позиции Центробанка, которая еще месяц назад на встрече в Сколкове с Виталиком Бутериным озвучивалась как «блокчейн — хорошо, криптовалюта — плохо». И позицию Следственного комитета, который, как выяснилось, не выступает за запрет криптовалют для физических лиц и не против того, чтобы «граждане игрались между собой». То есть позицию Следственного комитета можно рассматривать как близкую к позиции Китая, а не Бангладеш — как в законопроекте Минфина.

Проект итоговой резолюции вызвал бурное обсуждение. Больше всего замечаний было у представителя МИД РФ, который поставил под сомнение необходимость выработки единой международной стратегии регулирования криптовалют, учитывая совершенно разный подход к их регулированию, используемый в разных странах.

Источник

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s